Главная / ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА / Валерий Румянцев | Нужна ли нам такая «поэзия»?

Валерий Румянцев | Нужна ли нам такая «поэзия»?

(По страницам одного номера журнала «Урал»)

Давайте вместе почитаем стихи в литературном журнале «Урал». Отделом поэзии в этом журнале заведует Юрий Казарин, о котором в Википедии сказано следующее: профессор филологического факультета Уральского государственного университета, доктор филологических наук, председатель Екатеринбургского отделения Союза писателей России. Казалось бы, и уровень поэзии в журнале должен быть высочайшим, но — увы! – это, к сожалению, не так. Подозреваю, что толпы графоманов ломятся в редакцию журнала «Урал». Но если мухи летят на мёд, это ещё не повод считать их пчёлами.

Открываем первый номер за 2017 год. Автор первой стихотворной подборки – Елена Чарник. Вот два её стихотворения:

Ладно, пусть будут дома
И пусть чайки и голуби их окружают полётом
От этого утренний вид у домов, идиотский.
Птицы и окна. Рассохлые старые рамы, с трудом
их открывают жильцы изнутри
вдыхают пространство полёта.

х х х

на путь художника становишься
когда перестаёшь бояться тронуть
холст
лист бумаги
человека
собой

Про пунктуацию молчу. А про содержание и сказать-то нечего. Конечно, не каждый цветок даёт плод, не каждый поэт создаёт шедевр.

Есть такое английское изречение: «Проза – это слова в наилучшем порядке, поэзия – это наилучшие слова в наилучшем порядке». В текстах Е. Чарник (слова «стихи», «поэзия» здесь не уместны) не наблюдается «слов в наилучшем порядке». Елена, видимо, считает, что в момент написания вышеуказанных строк к ней пришло вдохновение. Однако, вдохновение приходит лишь к тем, кто способен вдохнуть в него жизнь.

Следующий – Олег Мошников. Ниже два стихотворения из его подборки:

Глаза девяно-
Столетней бабули
Блеклые, будто бы их
Обманули
Вне ареала – видят давно.
Крошки на одеяло –
Из довоенного, раннего –
Крошит девочка:
Гули-гули…

х х х

Растёт трава на крыше гаража –
Высокая, соловая, смешная…
На битум – спрос. Кирпич – подорожал.
А тут – бесплатно – поросль лесная.
В канаве – мусор. В рытвинах – асфальт.
Ползёт сорняк сквозь трещины… И что же?
А хочется – по имени назвать
И – ирокез соломенный взъерошить!

И это пишет член Союза писателей? Скорее всего, Олег Мошников считает, что он ухватил птицу счастья, но она оказалась подсадной уткой. Так и хочется спросить Ю. Казарина: «И долго вы ещё будете издеваться над читателями?».

Из подборки Елены Дуреко (чтобы не раздражать читателей) привожу лишь одно «стихотворение»:

Вдох – выдох, словно птица из груди,
прозрачная, воздушно-кучевая,
и тихая, и громкая, большая,
неведомая музыка летит.
Слова, как птичьи косточки, трещат
и тянутся опалубкой из скверов,
фасадов голубиных, сизо-серых, —
смотреть на них не больно натощак,
и жить, но осторожно, если с верой.
Слова и музыка. Оно. Житьё-бытьё…
Горбатых улиц стиснутые ноты,
и в воздухе остатки позолоты,
и певчие щемящие высоты.
Безвременье пернатое моё.

Так и хочется сказать создателю сего шедевра: «Когда душа поёт, смотри, чтобы она не фальшивила». Сравнить вдох-выдох с музыкой, значит, попытаться создать метафору, которая получилась явно неуклюжей. Ладно, можно допустить, что из груди вылетает «прозрачная» птица. Но уж тогда она никак не «кучевая» (густые белые клубы). Если автор не заглядывает в толковый словарь, то его обязан исправить зав. отделом поэзии. Или у нас теперь профессора филологии имеют именно такой уровень речевой подготовки? Оказывается, у Е. Дуреко «вдох-выдох» является «большой» музыкой. А что, музыка может быть маленькой? «Слова, как птичьи косточки, трещат» — это как? Когда их грызут, что ли? «Слова… тянутся опалубкой» — это всё равно, что написать «Слова тянутся совокупностью элементов, предназначенных для придания нужной формы монолитным железобетонным или бетонным конструкциям, возводимым на стройплощадках». Именно так, а не иначе, если заглянуть в толковый словарь и посмотреть значение слова «опалубка». «Смотреть на них не больно натощак». А смотреть на что-то другое натощак больно? «Горбатые улицы», видимо, могут показаться «стиснутыми нотами», если принять на грудь без закуски грамм 700 водки. «Безвременье пернатое моё». И какими же перьями покрыто безвременье Елены Дуреко? Подозреваю, что перьями невежества. А пыль невежества, как известно, оседает на окружающих. Справедливости ради, следует отметить, что строчка «и певчие щемящие высоты» великолепна. (Похвала особенно сладостна, когда её не ожидаешь).

Илья Семененко-Басин заявлен редакцией как представитель современного русского авангарда. Привожу один из его «шедевров»:

вышел из ванной, подумал
искусству не надзирать за политикой
а политика не надзирает за искусством
без опеки
поэтому вот это стихотворение
мной и зубной щёткой
как политический жест
оно сокрыто.

Ну что тут сказать? Нет слов. (Только не подумайте, что от восхищения). Посредственность торжествует, но это торжество вымышленное. Вывод напрашивается сам собой: никто не становится графоманом, пока не дойдёт до ручки. Хорошо хоть, что «мной и зубной щёткой», а не «мной и моим дырявым носком». Тема докторской диссертации Ю. Казарина «Поэтический текст как уникальная функционально-эстетическая система». Видимо, в этом опусе он увидел текст, в котором заключена «уникальная функционально-эстетическая система». А может быть, он всерьёз считает, что печать таланта тоже бывает неразборчива? Впрочем, человеку свойственно ошибаться в оценке своих ошибок.

Чтобы ответить на вопрос, почему Ю. Казарин печатает этот бред, нужно ознакомиться с его поэтическим творчеством. Благо, сегодня, когда существует Интернет, это не проблема. Набираю «Юрий Казарин, стихи». Вот два из них:

В пепельнице окурок,
в небе кусок луны.
Тысячу слов, придурок,
вытянешь из стены.
Спи, говорю, покуда
Счастья на свете нет:
мучает этот свет.
значит, иное чудо.

Прочитал и подумал: у многих большой словарный запас так и остаётся неприкосновенным.

х х х

Чтобы вырезать дудку из ветки в лесу,
нужен мальчик-заика и ножик,
и река, и чтоб небо щипало в носу,
и пыхтел под рябинами ёжик.
Скоро дождик равнине вернёт высоту,
в одуванчике высохнет ватка.
После ивовой дудочки горько во рту,
После ивовой музыки сладко.

А что, если мальчик не заика, то он дудочку вырезать не сможет? А если рядом нет реки и не пыхтит ёжик, – тоже не получится вырезать дудочку?

Вот уж действительно, какой пастор – такая и паства.

Как-то задал себе вопрос: не слишком ли строгие оценки я даю? И предложил приятелю (тоже любителю поэзии) почитать стихи в № 1 за 2017 год журнала «Урал». Через неделю спрашиваю его: «Читал? Ну как?» Он ответил одной фразой: «У каждой страны дураков – своё поле чудес».

Нужна ли нам такая «поэзия»?

Катастрофическое падение тиражей литературных журналов даёт исчерпывающий ответ на этот вопрос.

Ладно бы один «Урал» «блистал» такой «поэзией». Подобная картина наблюдается у подавляющего большинства литературных журналов. А главные редакторы продолжают плакаться о падающих тиражах в надежде, что кто-то утрёт их слёзы, не желая понять, что это могут сделать только читатели.

Впрочем, не всё так плохо. Сегодня есть и другая поэзия, которая вызывает восхищение. Вот одно из стихотворений Михаила Анищенко:

Мы Русь ругаем по привычке,
Повсюду грязь и барыши…
Но ехал Чичиков на бричке
В потёмки собственной души.

Нас опоили зельем горьким,
Слепили пыльное клише.
Но дно, увиденное Горьким,
Он видел в собственной душе.

Веками ларчик замыкался,
Но в нём хранили ерунду.
И Данте в душу опускался,
А говорил, что был в аду.
Жива ещё в России Её Величество Поэзия!

Валерий Румянцев