Главная / ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА / Илья Абель | Архитектура в перспективе изучения

Илья Абель | Архитектура в перспективе изучения

Игорю Цесарскому, с благодарностью

«Еще нигде человечество не отрывалось так далеко от органической природы, как в тех жизненных условиях, которые свойственны крупным городам».
Луис Вирт. Урбанизм как образ жизни

Как известно, временная дистанция при восприятии научных разысканий может показать как архаичность их, замкнутость в своем веке и географическом месте, где они проводились, так и то, что, несмотря на некоторую ограниченность, связанную с типичным для того периода человеческой истории уровня знаний, то или иное ученое познание прорывается в ведущих своих прогнозах и в последующие времена, будучи актуальным, ценным и востребованным.

Последнее можно сказать о том, что собрано в книгу, о которой речь пойдет далее. В силу ряда причин, которые очевидны при знакомстве с нею, она не только любопытна, как явление довоенной американской науки, а и познавательна, показывая, как строго научный подход к конкретной теме может оказаться интересным и в иных условиях, выходя за рамки национального исследовательского процесса.

Представитель  чикагской социологической школы Луис Вирт в заглавной статье сборника (Урбанизм как образ жизни, М.: Strelka Press, 2016), где собраны его тексты о том, что есть город в перспективе его научного исследования, изложил четкую и аргументированную теории города, как типичного явления общественной жизни в разных ее аспектах.

Здесь принципиально три взаимосвязанных момента. Статья, давшая название его книге, вышедшей на русском языке, написана в 1938 году, тогда, когда началась Вторая мировая война, изменившая представление о том, что есть город и сделавшая архитектуру по последствиям ее наиболее востребованной и актуальной областью человеческой деятельности.

Следовательно, Луис Вирт лаконично и уверенно подводит определенные итоги представлений о том, что есть город сам по себе и чем он отличается от сельских поселений.

Потому тексты его несколько суховаты, наукообразны, но не перегружены цифрами, хотя каждый абзац настолько информативен, что может быть развернут в отдельное, специальное исследование. Это, во-первых.

Во-вторых, интересен именно взгляд не просто американской социологической науки на проблематику городской жизни, а как раз то, что о ней пишет автор из Чикаго. В конце девятнадцатого века этот город в США пострадал от ужасного пожара, что привело, в том числе, в совокупности с широким использованием железобетонных конструкций и изобретением лифтов в зданиях, к тому, что именно здесь стали строить дома большой этажности, так называемые высотки или небоскребы.

И, в-третьих, обязательно следует отметить отличный перевод написанного Луисом Виртом, сделанный Владимиром Николаевым. В тексте удалось сохранить как наукообразие, так и популяризацию, как и то, что передана дистанция между тем, каким виделся город довоенного времени и как изменился он во второй половине века двадцатого. Эта дистанция восприятия существует, при том, что удалось в переводе, оставив академичность доводов Луиса Вирта, передать его суждения доходчиво, современно и достаточно внятно, несмотря на специальный подход автора к изложению интересовавшей его темы.

Луис Вирт буквально по кирпичикам, так сказать, воссоздает облик и суть города, как социальной прежде всего данности. Он проводит различие города и сельского поселения по разным критериям: это и площадь, которую занимает данное сообщество людей в границе городской агломерации (однако, Вирт замечает, что не только ими ограничивается город — есть пригороды, города спутники, а также и то, что что-то из обычного для города каким-то образом отражается и в переменах уклада сельской жизни); это и наличие специальных функций, характерных только для города — места работы, транспорт, досуговые учреждения, а также институции здравоохранения и административного управления; он специально обращает внимание на отличия городов в зависимости от того, что профильно для них в промышленном и политическом плане, а, кроме того, указывает и на неодинаковость отдельных их районов, например, центральных и окраинных. Значительное место в его рассуждениях занимают проблемы, непосредственно связанные с теми, кто проживает в городах. Здесь ученый уделяет достаточное место теме пополнения городских жителей, считая, что только коренных горожан недостаточно для положительного воспроизводства жителей городов. Несомненно, что Вирт ориентируется главным образом на опыт США, куда в первые десятилетия двадцатого века в связи с трагическими событиями европейской истории — Первая мировая война, еврейские погромы, поиски работы и иных условий жизни — в эту страну устремились миллионы эмигрантов. Таким образом, в городах американских, вне зависимости от численности их населения до этого переселения европейцев и не только их, возникли предпосылки для увеличения плотности населения, а также для возникновения и обострения конфликтов внутри горожан по национальному, цензовому, культурному, образовательному и иным признакам. Вирт только обозначает названные выше проблемы, которые в послевоенное время стали еще более критически проявляемыми, поскольку уровень жизни резко изменился, расслоение горожан разного достатка и уровня потребностей стал катастрофическим.

Вирт делает интересное замечание: с одной стороны, попав в городскую среду, обитатели ее как бы нивелируются, усредняются, а, с другой стороны, именно в рамках данного процесса заметнее порой становятся различия разного рода от имущественных до религиозных, что и неизбежно приводит к конфликтам и столкновением разных групп людей между с собой или с силами правопорядка.

Ученый не использует этот термин, но несомненно имеет его в виду — унификация. То есть, такое существование горожан в месте их постоянного проживания, когда почти все стороны их жизни с рождения до смерти подвержены гласным или нет правилам и условиям, в которые они должны быть вписаны. Кажется, что нечто похожее есть и в сельских поселениях. Но вот еще одна мысль Луиса Вирта: вне городской среды люди прекрасно знают друг друга и их поведение в определенном смысле запрограммировано, то есть, понятно и имеет четкую заданность. В городе жители постоянно встречаются с массой людей, не имея возможности узнать их поближе, а потому человеческие связи теряются, нередко делегируются организациям, которые имеют отношения к различным сторонам того, что важно отдельному человеку или группе людей. То есть, из написанного американским социологом само собой напрашивается вывод, который сейчас кажется банальностью, но, очевидно, бывший важным для конца тридцатых годов двадцатого века — индивид растворяется в толпе, становится частью ее, теряет что-то в личном плане, должен жить в более жестких условиях общежития, которые есть и в сельском поселении, но в городе многократно усилены именно особенностью того, что есть бытование в этой социальной среде.

Вероятно, из статьи «Урбанизм как образ жизни» можно сделать очевидный вывод о том, что основное отличие этой общественной институции от сельского поселения, например, состоит именно в функциональности того, что характеризует город как общность людей с их различиями и особенностями в рамках того, что город имеет те структуры, которых нет в иных формах человеческого общежития — политические, статусные, промышленные и иные.

Важно отметить, что, будучи в основе своей тезисами, выводы, которые делает Луис Вирт не устарели и сейчас. Более того, они кажутся сбывшимися прогнозами, зная, какими стали американские города в наше время, какие противоречия стали в них в буквальном смысле слова взрывоопасными.

Таким образом, перед нами книга, которая в чем-то опередила свое время, поскольку автор, исходя из сугубо научного, так сказать, внеэмоционального и непафосного, антипопулистского подхода смог передать основное содержание того, чем был город в его специфике в США довоенных десятилетий. Так что, и потому тоже поучительно и полезно посмотреть на его особенности из нашего далека, осознав, что многое Луисом Виртом обозначено точно, правильно и с перспективой, в которой мы сейчас и живем в городах своей страны бытования.

Урбанизм как образ жизни

I. Город и современная цивилизация

Степень, в которой современный мир можно назвать «городским», нельзя полно и точно измерить процентной долей населения, живущего в городах. Влияние, которое города оказывают на социальную жизнь человека, не сводится к проценту городского населения, потому что город все больше становится не просто местом, где современный человек живет и работает, но и центром, где зарождается и откуда контролируется экономическая, политическая и культурная жизнь, вовлекающим в свою орбиту самые отдаленные части света и соединяющим в единый космос разные территории, народы и виды деятельности.

Рост городов и урбанизация мира — один из наиболее впечатляющих фактов современной эпохи. с. 7-8

Этот переход от сельского к преимущественно городскому в таких индустриализованных регионах, как США и Япония, произошедший на памяти одного поколения, сопровождался глубокими изменениями буквально во всех аспектах общественной жизни. Именно эти изменения и последствия, которые они за собой повлекли, привлекают внимание социолога к различиям между сельским и городским образом жизни. Изучение этой темы — необходимое предварительное условие нашей попытки понять, и, возможно, разрешить некоторые из ключевых проблем современной общественной жизни, поскольку оно может дать нам наиболее ясное понимание изменений, происходящих в настоящее время в человеческой природе и социальном порядке.

Поскольку город возникает в результате постепенного роста, а не одномоментного творения, не приходится удивляться, что влияние, которое он оказывает на наш образ жизни, не может полностью уничтожить ранее господствовавшие формы человеческой ассоциации. с. 8-9

А потому нет оснований ожидать резкого и скачкообразного перехода между городским и сельским типом личности. Город и сельскую местность можно рассматривать как два полюса, между которыми располагаются все человеческие поселения. Рассматривая городское промышленное общество и сельскую общину как идеальные типы сообществ, мы можем получить перспективу для анализа основных моделей человеческого общежития, существующих в современной цивилизации. с. 9-10

II. Социологическое определение города

…сформулировав социологический подход к городу, мы сможем, помимо прочего, привлечь внимание к взаимосвязям между ними, выведя на передний план специфические характеристики города как особой формы человеческого общежития.

Социологически значимое определение города пытается выделить в урбанизме те элементы, которые отличают его как особый способ групповой жизни людей.

Очевидно, что если мы назовем некое сообщество людей городским только на основании его размера, такое определение будет произвольным. с. 10-11

До тех пор, пока мы будем отождествлять урбанизм с физическим существом города, считая, что он имеет жесткие пространственные пределы и что все свойства, присущие городу, внезапно исчезают сразу за некоей произвольно установленной границей, мы едва ли придем к сколько-нибудь адекватной концепции урбанизма как образа жизни. с.12

Урбанизация означает уже не просто процесс, в ходе которого люди стягиваются в место, называемое городом, и встраиваются в его систему жизни. Она указывает также на кумулятивное заострение характеристик, отличающих образ жизни, связанный с ростом городов, и наконец, на те изменения в направлении так называемого городского образа жизни, которые проявляются у людей везде, где они попадают под влияние города — влияние, обусловленное могуществом его учреждений и личностей, действующих посредством коммуникаций и транспортного сообщения. с.13

Хотя урбанизм (то есть набор характеристик, составляющих образ жизни, типичный для городов) и урбанизация (то есть развитие и распространение влияния этих факторов) обнаруживаются, следовательно, не только в тех населенных пунктах, которые являются городами в материальном и демографическом отношении, тем не менее наиболее ярко они действительно проявляются именно в таких регионах, особенно в метрополисах. с. 17

Особенно важно обратить внимание на опасность смешения урбанизма с индустриализмом и современным капитализмом. Безусловно, возвышение городов в современном мире было обусловлено появлением современных машинных технологий, массового производства и капиталистического предпринимательства. Но как бы ни отличались от крупных городов наших дней города прежних эпох ввиду того, ввиду того, что они развивались при доиндустриальном и докапиталистическом строе, они тем не менее были городами.

Для cоциологических целей город можно определить как относительно крупное, плотное и постоянное поселение социально неоднородных индивидов. На основе постулатов, которые предполагает это минимальное определение, и в свете имеющихся у нас познаний о социальных группах можно сформулировать теорию урбанизма. с. 17-18

Размер населенного пункта

В сообществе, члены которого так разнятся по своему происхождению и личной истории, узы родства и соседства, а также чувства, порождаемые совместной жизнью на протяжении многих поколений в  условиях общей народной традиции, в лучшем случае относительно слабы, а скорее вовсе отсутствуют. В подобных обстоятельствах на смену узам солидарности, на которых держится единство традиционного общества, приходят конкуренция и механизмы формального контроля. с. 23

Контакты в городе, даже если они происходят  лицом к лицу, безличны, поверхностны, мимолетны и сегментированы.

Таким образом, скрытность, равнодушие и скепсис, которые проявляют горожане в своих взаимоотношениях, можно рассматривать  как средство оградить себя от личных притязаний и ожиданий других. с.25

Отдельный индивид имеет мало значения, но к голосу депутата  прислушиваются с уважением, примерно пропорционально количеству людей, от лица которых он выступает.  с. 27

Плотность

Следовательно, плотность усиливает диверсификацию людей и родов их деятельности и усложнение социальной структуры, вызванные ростом населения. с. 28

Таким образом разные части города приобретают специализированные функции, и город вследствие этого все больше походит на мозаику социальных миров, резко переходящих один в другой. с. 30

Частые и тесные физические контакты в сочетании с огромной социальной дистанцией увеличивают взаимную настороженность между ничем не связанными индивидами и при отсутствии альтернативной возможности проявления взаимной отзывчивости рождают одиночество. Неизбежные частые перемещения огромных масс индивидов в перенаселенной среде обитания создают недовольство и раздражение. Нервное напряжение, проистекающее из личной фрустрации, усугубляется быстрым темпом жизни и сложными технологиями, неизменно сопутствующими жизни в густонаселенных районах. с.31

Гетерогенность

Индивиды, оторванные таким образом от организованных групп, объединяющих общество, образуют текучие массы, и по этой причине коллективное поведение в городском сообществе становится  таким непредсказуемым  и от этого, в свою очередь, чревато проблемами. с.33

Политический процесс, характерный для городской жизни, невозможно понять без учета той манипуляции массами, которая осуществляется с помощью современных методов пропаганды. Индивид, желающий принимать какое-либо участие в социальной, политической и экономической жизни города, должен подчинить часть своей индивидуальности требованиям окружающего сообщества, и в той мере, в какой он это делает, он погружается в массовые движения. с.35

IV. Связь теории урбанизма с социологическими исследованиями

Урбанизм в экологической перспективе

Если учесть, что возраст, пол, раса и этническое происхождение связаны с другими факторами, такими как род занятий и интересы, становится ясно, что одной из важнейших характеристик горожанина является его несходство с другими. Никогда еще такие огромные массы настолько разных людей не оказывались в ситуации такого тесного физического соприкосновения друг с другом, как в крупных городах сегодняшней Америки. Города вообще и американские города в частности представляют собой пеструю смесь народов, культур и чрезвычайно различных образов жизни, между которыми часто наблюдается очень слабое взаимопроникновение, величайшее взаимное безразличие и безграничная терпимость, иногда — ожесточенная вражда и неизменно — разительный контраст. с. 38-39

Городская личность и коллективное поведение

Кроме того, отсюда следует, что людские массы в городе подвержены манипуляциям с помощью символов и стереотипов, которыми управляют индивиды, действующие издалека и незримо орудующие из-за кулис через контроль над средствами коммуникации. с.45

Чем больше число людей, взаимодействующих друг с другом, тем ниже уровень коммуникации и тем сильнее эта коммуникация низводится на самый элементарный уровень, то есть на уровень вещей, которые считаются общими и важными для всех. с.46

Следовательно, очевидно, что симптомы, которые подскажут нам возможные пути будущего развития урбанизма как образа социальной жизни, нужно искать в тех новых тенденциях развития системы коммуникации и в той технологии производства и распределения, которые принесла с собой современная цивилизация. с. 46

Лишь в той мере, в какой социолог имеет ясное представление о городе как о социальной сущности и рабочую теорию урбанизма, он может надеяться разработать единый корпус достоверного знания, которым то, что мы в настоящее время называем «городской социологией», определенно не является. Если принять за отправную точку теорию урбанизма вроде обрисованной выше и разрабатывать ее, проверяя и пересматривая в свете дальнейшего анализа и эмпирических исследований, можно надеяться, что мы сможем определить критерии релевантности и достоверности фактических данных. В этом случае можно будет тщательно проанализировать тот беспорядочный набор разрозненных сведений, который до сих пор наполнял социологические труды о городе, и выстроить его в виде согласованного корпуса знаний. Между прочим, только с помощью такой теории социолог сможет преодолеть бессмысленную практику, состоящую в том, что от лица социологической науки делаются многочисленные и часто недопустимые суждения по таким техническим проблемам, как бедность, жилищный вопрос, городское планирование, здравоохранение, муниципальное управление, охрана правопорядка, торговля, транспорт и прочее. Хотя социолог не может разрешить ни одной из этих практических проблем (во всяком случае, самостоятельно), он может внести значительный вклад в их понимание и решение, если точно установит сферу своей компетенции. Наиболее благоприятные перспективы в этом направлении открывает нам не рассмотрение проблем ad hoc, а общий, теоретический подход. 1938, с. 46-47

Статья, которая продолжает значительную тему, затронутую в основном материале названной книги, представляет собою текст доклада, который был прочитан Луисом Виртом на заседании Комиссии по исследованию локального сообщества. И потому является отчетом деятельности чикагских ученых-социологов о том, что удалось сделать в рамках данной институции и до ее возникновения для изучения того, что есть современный город в его различных аспектах. В связи с этим закономерно, что докладчик, будучи ученым прежде всего, говорит об истории вопроса в двух его взаимосвязанных направлениях: о том, как при Чикагском университете возникли на равных правах с остальными студии социологические и политологические, перечисляет те издания, которые появились в контексте данной тематики с конца девятнадцатого века, а также о том, что удалось подтвердить важные тезисы, высказанные им в предыдущей статье, расширить научную базу и сделать более аргументированные и доказательные выводы по данному вопросу во всем его комплексе.

Луис Вирт, рассказывая о методике проведенных исследований, обращает особое внимание на несколько моментов: во-первых, прорывным фактом стало в научной деятельности его и его коллег то, что им стали доступны данные переписи населения в Чикаго; во-вторых, широко использовался способ изучения материала с помощью опроса представителей референтных групп, что само по себе чрезвычайно интересно и примечательно; в-третьих, он утверждает в своем докладе то, что, несмотря на то, что деятельность ученых в рамках финансовой поддержки указанной выше Комиссии касалась только Чикаго (а спонсорство   отмечено как реальное подспорье в исследовательской деятельности), основные положения, ставшие результатом работы с социологическим материалом различного содержания, оказались применимыми не только к тому, что связано с жизнедеятельностью конкретного американского города, Чикаго, но вполне, по мнению Луиса Вирта, могут быть распространены и на то, что имеет отношение и к другим городам. Думается, добавим от себя, не только американским, а и городам, как совокупности взаимоотношений людей, в них проживающих.

В данном случае важно иметь в виду, что итоговая в определенном смысле речь Луиса Вирта, свидетельствует и об уровне современному ему развитию науки, и о том, что частные результаты при тщательном способе получения и анализа их могут иметь обобщающее значение для подобных исследований в разных странах. Как и наличие спонсорства, как приемлемой и необходимой поддержки науки где бы то ни было, тем более, что Луис Вирт снова подчеркивает, что итоги их разработок могут иметь практическое применение, что также немаловажно было не только в 1940 году, но и в любое другое время.

Городское общество и цивилизация

Поставив урбанизацию западного мира в центр перспективы, мы можем надеяться обрести новое понимание. с. 52

Неизбывные проблемы современного общества наиболее остро проявляются в городе. Проблемы современной цивилизации — это типично городские проблемы. с. 52

Однако тот факт, что население сегодняшнего мира — в преобладающей степени городское, а процесс урбанизации и соответствующий образ жизни за короткое время радикально преобразили весь западный мир, сам по себе предполагает, что урбанизм оказывается одной из предпосылок почти любого важного суждения, которое может быть вынесено о современном обществе.

И наоборот, попытка понять город неизбежно заставляет нас обратиться к важнейшим аспектам цивилизации. с. 52-53

Один из наиболее разительных контрастов между городским и сельским образом жизни, описанных в литературе, — это разница между обществами, в основе которых лежат родственные связи, и обществами, основанному по территориальному принципу. Признание важности этого различия повлекло за собой озабоченность пространственным режимом городской жизни, возникающим вследствие плотной концентрации больших людских масс на компактной территории, и путями, которые избирают люди и институты, чтобы приспособиться к этим условиям. с. 59-60

Для того, чтобы постичь это образование, так непрочно сплавленное в единое социальное целое, мы прежде всего тщательно проанализировали все поддающиеся изучению характеристики, по которым жители города отличаются друг от друга. с. 64

Один из наиболее разительных контрастов между сегодняшним городским миром и его сельским примитивным прототипом проявляется в тех противоположных социальных структурах, которые характерны для этих двух идеально типических полюсов, между которым располагаются все общества, как ныне существующие, так и известные нам из истории. Аномальная ситуация, символичная для городской жизни, состоит в тесном физическом соседстве между людьми при огромных социальных дистанциях между ними. с. 66-67

Сложные и высокоэффективные машины, на которых стоит современное общество, оказывают на него как благотворное, так и разлагающее влияние. с. 67-68

Мы обнаружили, что экономическая, социальная и политическая надстройка, образовавшаяся на экологическом и технологическом базисе, подтверждает прежние гипотезы, согласно которым в ходе урбанизации и индустриализации западного мира рождается новая форма социальной организации, для которой характерны безличные отношения и в которой главной связующей силой становятся денежные взаимоотношения. Уже не родство и традиция, а выгода и идеология становятся тем цементом, который связывает человеческих индивидов в эффективно работающие группы. Отношения между людьми становятся все более обезличенными: в городе человек сам по себе не значит буквально ничего, если не выступает от имени какой-нибудь социальной группы. с. 68-69

Однако предметом систематического и пристального внимания становились для наших социологов не только базовые процессы, но и практические проблемы, возникающие там, где традиционные институты и механизмы контроля рушатся под напором городской жизни. с. 71

Город — символ этой цивилизации. Или мы подчиним себе эту угрожающе сложную сущность, или погибнем под ее обломками. Как показывает опыт человечества, общую жизнь во имя благородной цели, о которой говорил Аристотель, лучше всего, вероятно, вести в городах. Необходимая предпосылка этой благородной цели — научное понимание тех процессов, которые легли в основу нового образа жизни и именно этой цели посвящены наши исследования. 1940, с. 74

Предпоследняя статья сборника материалов по социологии городов, подготовленных Луисом Виртом, датирована последним годом войны. И поэтому вторая половина ее посвящена конкретным планам реформирования городской жизни, преодолением препятствий, порожденных последствиями депрессии конца двадцатых годов в Америке и особенностями жизни городов, порожденных военным временем.

Начинается статья уже не теоретично, а практично: тут много статистики, сравнительного материала по годам и частям США. В главном же — опять продолжение доказательства того же изначального авторского тезиса — между городом и сельским поселением есть отличия. Но при этом все заметнее Луис Верт декларирует, что сельская местность все активнее впитывает, осваивает и использует достижения, имеющиеся в устройстве городской жизни. Здесь интересны и описания различных частей города — от центра до окраины и дальше — до пригородов. Ученый дает характеристику каждой части города, обозначает свойственные ей проблемы, а не только уклад жизни и деятельности в том или ином районе горожан. Интересно замечание о том, что часть жителей устремляется на окраину, или даже в пригород, где условия проживания по некоторым условиям лучше и комфортнее. Он говорит и о том, что туда же, в пригород из городского центра переводятся и некоторые предприятия, чтобы быть ближе к их работникам и сократить те или иные расходы на существование производства. Эта тенденция, замеченная исследователем в конце первого полувека, чрезвычайно злободневна и в наши дни. Возможно, с заметным опозданием, в СССР, и в новой России значительная часть площадей городов освобождается от производства, оставляя место для рекреации жителей. Луис Верт в данной статье говорит о супергородах, используя термин — мегаполис, подразумевая под этим структуру, разросшуюся и численно, и по площади, что также любопытно в свете современных реалий градостроительства и демографических процессов. Вторая же часть статьи «Жизнь в городе» посвящена прежде всего социальным проблемам, связанным непосредственно с особенностями прошедшей экономической депрессии в США и военного времени. Здесь речь идет об оттоке горожан не просто из центра на окраину, а из города в его пригород. Что по сути своей изменяет соотношение различных групп населения, меняет, так сказать, карту расселения жителей в нем. Касается это и производственных предприятий, как и жилых домов. И те, и другие порой пустуют, поскольку, с одной стороны, они появились в военное время и были использованы для производства того, что обеспечивало нужды американской армии. И вокруг их возникали временные жилищные сооружения, которые надо по мысли автора переделывать, строить на их месте дома долгосрочного проживания, учитывая, что тяготы военного времени уходят с годами в прошлое, а мирная жизнь потребует иного, более продуманного использования всего, что есть город — земли и недвижимости на ней. Завершает названную статью Лион Вирт словами о планировании, которые только на первый взгляд покажутся странными для человека, пишущего о капиталистическом государстве, коим была и осталась Америка. Ученый оговаривается, что речь должна идти не о тотальной запрограммированности всего и вся, а о том, чтобы видеть насущные проблемы жизнеустройства, знать и применять пути их решения, чтобы городская среда преодолела отсталость, в которой отразились десятилетия неблагоприятного экономического климата в стране. Его размышления о планировании городских застроек закономерны, поскольку освобождающиеся в послевоенное время площади, пустующие или те, которые будут расчищены за счет снова тех или иных построек, могут быть при традиционном подходе заняты домами хаотично, безалаберно и не прагматично — как говорится, кто во что горазд. Между тем, сама возможность после напряженных лет спада производства и ухудшения уровня жизни может, по его мнению, позволить создать новый облик городов, в котором будут учтены ошибки предыдущих времен, что даст вероятность улучшить качество жизни горожан и изменить сможет облик города. При том, что ни в коей мере это не должно влиять на ограничение частной инициативы, предприимчивости и намерений дать имеющимся у финансистов средствам должное, по их мнению, применение. Пусть здесь есть элемент риторики и некоторого прекраснодушия, но все же Луис Вирт говорит и городе не только, как ученый, а и как горожанин, имеющий представление о том, что с научной точки зрения хорошо для развития города как такового, а что заведет такое развитие в тупик, создаст и укрупнит известные проблемы, будет нерациональным с любой точки зрения.

Данная мысль — о планировании — совпадает с тем, что делалось в те годы и позже в СССР, когда многие города, пострадавшие от бомбежек и боев за их освобождение, надо было восстанавливать. Стоит вспомнить и про Генпланы Москвы, когда на достаточно далекую будущность определялись те или иные коррективы в благоустройстве городов и районов их. Такая идея прогностического, но привязанного к потребностям сегодняшнего дня планирования, нашла себе развитие в СССР и в России. Но, в противоречие с тем, о чем писал Луис Вирт, в стране, отнюдь не капиталистической, пусть и существующей в контексте частной собственности, если говорить о новой России, строительные мероприятия здесь осуществляются в интересах групп и компаний, а не горожан. О чем со всей остротой свидетельствуют споры вокруг проекта реновации в Москве, который вызвал на уровне инициативы резкое недовольство жителей российской столицы, поскольку в нем очевидно было лидерство интересов строительных фирм, а не забота о жителях Москвы.

Таким образом, и в подобном преломлении то, о чем написал Луис Вирт очень давно и в качестве оценки и анализа американского принципиально и сугубо опыта, напомнило о себе в Старом Свете, и в первую очередь в России. А это в очередной раз подтверждает, что , если ученый честен в своих работах и ответствен за то, что говорит и делает в науке, его обобщения не устаревают, не воспринимаются анахронизмом, а звучат важным дополнением к тем знаниям, которыми руководствуются специалисты в той же области в других странах.

Жизнь в городе

Следовательно, именно в городе мы находим более характерные и разнообразные типы людей, чем в любом другом человеческом сообществе. с.78

С точки зрения социологии город представляет собой новую форму человеческой ассоциации. С точки зрения социологии город — это относительно крупное, плотное скопление  разнородных индивидов, живущих в условиях анонимности, безличных отношений и опосредованного контроля. Тесное физическое соседство и социальная дистанция, характеризующие городскую жизнь, культивируют в людях вынужденную осторожность. В число высших человеческих добродетелей в городе входят искушенность, способность не дать другим себя одурачить, здоровый скептицизм. с. 78-79

Эффективное коллективное действие города как единого целого возможно только при условии сотрудничества между большим числом этих добровольных ассоциаций. Те, кто манипулирует лидерами  и символами этих групп, и есть настоящие правители города. с. 78

…наша нация, большинство в которой составляют горожане, развила свою городскую цивилизацию за невероятно короткое время. Постепенный процесс, растягивающийся на столетия, в ходе которого деревни и мелкие поселения Европы разрастались в небольшие города, в небольшие города — в крупные, в нашей стране оказался сжат в несколько коротких десятилетий. Мы считали само собой разумеющимся, что для наших городов естественно разрастаться и становиться все более крупными. с. 83

Но если рост городов в общем и целом подошел к концу, то теперь мы видим рождение нового типа сообщества — супергорода, или метрополисного региона. Концентрация бизнеса и промышленности в крупнейших городских центрах сопровождалась центробежным движением их жителей в поисках более благоприятных мест для жизни и воспитания детей. с.85

Основные сегодняшние городские проблемы, которые с предельной ясностью выявила депрессия и усугубила война, связаны (как причина, как следствие или то и другое) с зоной трущоб, которая прогрызает себе путь из центра города вовне и захватывает все более широкие территории. с. 89

Этот отток человеческих ресурсов  — один из важнейших факторов, под влиянием которых сложилась репутация города как средоточия беспорядка, преступности, порока, греха и некомпетентности — репутация, на которую ссылаются в свое оправдание те, кто бежит из города в пригороды. с. 91

Поставить крест на городах значило бы отречься и от преимуществ крупного производства, использующего самые совершенные механизмы, известные человеку. Альтернатива состоит в том, чтобы сделать город местом, пригодным для жизни: преобразовать его в соответствии с органической моделью, отведя каждой функции надлежащее место, и расположить образующие его зоны так, чтобы обеспечить каждой из них свет, воздух, безопасность, порядок и экономию жизнедеятельности. с. 93-94

Короче говоря, нам нужно городское правительство, чьи полномочия и территориальная юрисдикция соразмерны возложенным на него обязанностям. с. 95

Мы начинаем не с чистого листа. Мы уже не сможем возводить новые города, как столетие тому назад, но у нас будет беспрецедентная возможность реконструировать с применением новых материалов и технологий старые города, больше не отвечающие изменившимся условиям. с. 96-97

Но планирование не обязательно означает регламентацию и совсем не означает диктатуру. Оно означает использование человеческого интеллекта для того, чтобы предвидеть возможное будущее, рационально приспособиться к новым обстоятельствам или взять их под контроль. с. 98

Города — это аванпосты нового фронтира, ведущего к развитию цивилизации нового типа, цивилизации, в которой будут решены по крайней мере некоторые из проблем, с которыми люди сталкивались в прошлом. 1944, с. 98

Завершающая, четвертая статья книги «Урбанизм как образ жизни» Луиса Вирта по характеру своему является установочной. Определив и подробно разработав теорию города, о чем свидетельствуют тексты, предшествующие этой части книги, ученый очень лаконично раздвигает границы проводимого им и его коллегами изучения города как социальной среды во всем ее многообразии. Он указывает, что с течением времени контрастных различий между городским и сельским поселением нет в той мере, какими они были в доиндустриальную эпоху. Кроме того, ему важно было подчеркнуть, что само американское поселение бывает разных типов, да и жители его могут быть часть времени горожанами в меру своей занятости и многого другого.

Таким образом, по мнению Луиса Вирта важно преодолеть стереотипы восприятия сельского поселения, не исключая его своеобразия и особенностей, и то, и другое рассмотреть в сфере более глубинного и многофункционального рассмотрения тех процессов, которые происходили и совершаются одновременно с тем, чем отмечена жизнь в городе, не без влияния на нее последнего, как и с учетом того, как сельский уклад жизни в той или иной мере находит себе  проявление в городской жизни.

Однако, было бы неправильно считать, что Луис Вирт уповает на стирание между разными принципами человеческого сообщества, нашедшими себе выражение в устройстве городской и сельской жизни. Ни в коей мере он не считает подобное наукообразие продуктивным и правильным. Другое дело, что исследователь призывает посмотреть на сельские поселения с тем многоступенчатым и продуктивным научным инструментарием, который до того активно и последовательно был задействован в изучении города как социума, вписанного во время и в пространство. Кроме того, авторский посыл в данном тексте можно, наверное, понять и в том ключе, что не надо противопоставлять оба сообщества жителей страны, так сказать, сталкивать их в конфликте и в противостоянии. Кажется приемлемым воспринимать и изучать их как разные стороны более значительного сообщества, указывая на различия, особенности, как и на то, что дает право видеть их во взаимодействии и разноуровневом плодотворном, но вместе с тем, не всегда бесконфликтном контакте, что кажется и сейчас перспективным и как исследовательская задача, и как программа гуманизации общественной жизни, к какой бы форме государственности она ни принадлежала.

Различия между «сельским» и «городским»

Раздельное развитие сельской и городской социологии в США — прискорбная историческая случайность. с. 99

Административное разделение между сельскими и городскими социологическими исследованиями привело к тому, что на сегодняшний день систематический анализ средств и различий  между сельским и городским у нас отсутствует. с.99

Введение идеально типических полярных понятий, предложенных мной и многими другими до меня, не доказывает, что город и сельская местность фундаментально и неизменно различаются. Оно не оправдывает частой ошибки, которую мы совершаем,  когда принимаем гипотетические черты, приписываемые городскому или сельскому образу жизни, за установленные факты. с. 102

Анализ любой проблемы, в отношении которой сельские и городские поселения  показали  значительные различия — будь то жизнеспособность, уровень преступности, семейный бюджет, политические предпочтения и участие в политической жизни или любой другой из множества аспектов человеческого поведения, — не принесет никаких плодов, если рассматривать каждый фактор по отдельности. с. 104

Наша цель… в том, чтобы понять, как определенный способ человеческой ассоциации, возможно, тесно связанный  с типом поселения, обусловливает поведение и проблемы людей. с. 105

Вместо того чтобы принимать гипотетические типы сельского и городского как данность, мы могли бы обратиться к закономерностям, которые мы действительно обнаруживаем в определенных условиях жизни так называемых городских и сельских сообществ. 1951, с.107

В своих суждениях по социологии города Луис Вирт опирался, естественно и сознательно на американский опыт, историю страны, которая все еще находится в процессе становления, стремительного, разнообразного, в некотором смысле, являющегося образцом для подражания в других странах и на иных континентах. Он был и оставался, несомненно, конкретным и последовательным ученым, проводя в каждой новой статье то, что обозначено, обнародовано им было до того, расширяя системы доказательств, уточняя детали, давая читателю возможность вникнуть в материал на протяжении не одного десятилетия. Как раз то, что они, временные ориентиры оказались по стечению политических и экономических обстоятельств насыщены глобальными и поворотными событиями внутригосударственной и мировой истории, стало проверкой логических построений ученого. Этот экзамен временем и обстоятельствами его теория выдержала, поскольку, будучи по основе своей делом кабинетным, вместе с тем опиралась на то, что происходило вне стен учебного заведения. Потому она соединяет в себе теорию и практику, являя пример исследовательской дисциплины, ясности формулировок и укорененности их в действительности.

Тем самым творчеством известного американского ученого показана, что настоящая наука, лишенная демагогии и сервилизма, готова на многое и может многое, если правильно использовать охарактеризованное ею для применения его на практике.

Илья Абель