ВНИМАНИЮ АВТОРОВ И ЧИТАТЕЛЕЙ САЙТА KONTINENT.ORG!

Литературно-художественный альманах "Новый Континент" после усовершенствования переехал на новый адрес - www.nkontinent.com

Начиная с 18 июля 2018 г., новые публикации будут публиковаться на новой современной платформе.

Дорогие авторы, Вы сможете найти любые публикации прошлых лет как на старом сайте (kontinent.org), который не прекращает своей работы, но меняет направленность и тематику, так и на новом.

ДО НОВЫХ ВСТРЕЧ И В ДОБРЫЙ СОВМЕСТНЫЙ ПУТЬ!

Давид Ланди | Феникс

Давид Ланди
Давид Ланди

Коротко об авторе

Меня зовут Давид Ланди, мне 48 лет, из Волгограда, автор романа «Биоген». Роман вышел в издательстве «Рипол Классик» 2016 год, серия «Юлии Качалкиной», нон-фикшн. Закончил писать новую книгу «Дневник Бога». В данной публикации — рассказ из этой книги.

Феникс
(из дневника дьявола)

Я знал, что моей дочери будет уготован ад. Поэтому зачал ее от птицы Феникс…

От своей матери она получила красоту и неуязвимость. От отца великую гордыню, за которую я был низвергнут с небес…

Надеясь спасти малышку, я вынес ее из своего царства и поселил в чужой семье. Войдя ночью в дом зажиточного купца, я выкрал из люльки спящую девочку и отправил ее в ад, положив на освободившееся место свое чадо.

Ночь была черной, но я сделал ее еще черней, окутав дом мраком, что окружает меня, когда я появляюсь на свет. Выполнив задуманное, я вернулся в свой мир с чувством исполненного долга и сомнениями не свойственными мне…

Но одна нянька не спала в эту ночь. Она слышала шорохи и скрипы половиц. Утром нянька подошла к моей дочери, похожей как две капли воды на прежнее дитя и взяла ее на руки. Женщина поцеловала ребенка в лобик, и не учуяла запаха своего молока. Тогда она достала из халата грудь и поднесла к устам младенца. Как только моя девочка приникла к ее соску, она поняла, что ребенка подменили…

Много лет нянька молчала об этом происшествии, страшась того, кто входил ночью в дом. Она молилась за душу исчезнувшего дитя и за свою душу, так как знала, что скрыв преступление, она совершила великий грех. Несколько раз она порывалась рассказать все своей хозяйке – матери ребенка – но видя ее счастливое лицо рядом с подрастающей девочкой, она всякий раз отказывалась от этого шага.

Шли годы. От тяжкого бремени нянька начала увядать. Моя дочь любила ее и когда та окончательно слегла, принялась ухаживать за кормилицей, как ухаживала за ней когда-то нянька. Вскоре стало понятно, что смерть уже стоит у ее кровати, и к женщине позвали священника. Исповедуясь на смертном одре, нянька призналась во всем духовному отцу…

В тот день моей девочке исполнилось шестнадцать лет. Она увлекалась живописью. Рисовала дворцы и окружала их мифическими садами. На берегу моря она строила песочные замки и, когда нахлынувшая волна разрушала плоды ее трудов, глаза девушки увлажнялись, а задумчивый взгляд уходил свозь песок в землю, проникая в подземный мир.

Я видел ее грусть, но не мог ничем ей помочь, ибо помощь не моя стезя.

Дочь полюбила юношу, и они стали встречаться в укромном месте. Любуясь красотой волн, они забывались, теряя связь с действительностью. Теплый ветер окутывал их шелком таинственных прикосновений и, побуждая к неге, перебирал песчинки у ног влюбленных.

Так проходили минуты, и часы… Случайные касания рук заставляли вздрагивать юные сердца и трепетать души от чарующего предвкушения блаженства.

Иногда дочь выходила на лодке в море и, подняв парус, уплывала к островам, где проводила весь день. В такие дни она искала ответ на мучающие ее вопросы, в которых не было привычных фраз. Их задавали чувства ее души. Чуть слышные шепоты трав, шорохи ветвей и шелест моря напевали ей мелодию снов, погружая в колыбель жизни.

Так росла она, не зная собственной силы, и собственного отца…

Они схватили ее на рассвете, и, собрав народ, объявили, что она дочь сатаны! Люди привязали мою девочку цепями к каменному столбу и решили сжечь! Палач привел мула, тащившего за собой повозку с хворостом, и стал обкладывать ее тело со всех сторон. Весть мигом облетела город, и люди повалили к месту казни, ожидая представления. Когда толпа заполнила всю площадь, священнослужители подожгли кучу хвороста, на которой стояла приговоренная, и стали выкрикивать молитвы.

О, если бы вы видели муки моей дочери! Если бы вы видели ее муки…

Сквозь пламя бушующего костра собравшийся народ с удивлением наблюдал, как слезает с девушки пылающая кожа, и как она покрывается новой, еще более нежной. Ужас и восторг охватил людей! Толпы зевак стали стекаться к костру, чтобы поглазеть на это чудо. Чтобы узреть собственными глазами ее муки! Ее финал…

Они несли с собой вязанки дров, так как дрова стали платой за вход на площадь… Они тащили дрова на мулах… Они запрягали быков и те тянули из чащи леса сухостой, выдирая деревья с корнями…

Они жгли ее три года!!!

– Не горит! – кричали люди, подтаскивая стволы столетних дубов.

– Нееее гоориииит!!! – разносилась по улицам весть из уст в уста.

Они сожги в округе все сараи, весь лес и все корабли! Несколько раз они готовы были отступить, но страх перед тем, кто выйдет из пламени, если костер потухнет, заставлял их отдавать последние сбережения на закупку новых дров и армию крестоносцев призванную охранять город…

– Отец мой!– стонала все эти годы моя девочка, – кто бы ты ни был, как бы тебя не звали – зачем ты меня покинул? За что мне такая боль?!! – и языки пламени пожирали тысячи ее алых губ и тысячи белых лиц…

– Вы видели, когда-нибудь как горят ваши дети?.. Вы знаете эту боль?!!.

Я истекал кровавыми слезами. Я крушил все вокруг. Я не мог вырваться наружу, потому что Гавриил с Михаилом забаррикадировали ворота в ад.

Я бил о двери копытами, и мои удары сотрясали землю! Ощущая ее дрожь, дочь дрожала вместе с землей и стонала так, что шкура отваливалась на мне кусками, и кровавый пот выступал на моем теле.

– Где ты – отец мой?!. – хрипела она сквозь дым. – Приди за мной! Забери!..

И внемля ее зову, я разгонялся из самых глубин ада и наносил удары, способные сдвинуть Эверест! Но печать Господа и стража Архангелов были непробиваемы…

– Отец мой! – молила испепеленными легкими из костра вечности дочь, – спаси меня или убей!!!

– Убей!!! Убей! Убей. Убей… – Разносилось эхо ее слов по земле, и люди – живущие за тысячи километров от этой площади, люди – затыкали руками уши и прятали головы под одеяла, чтобы не сойти с ума от проникающей в сердца скорби…

Когда крик обогнул землю тысячу раз и достиг элизия – поднялся ураган, и небо почернело от надвигающейся бури…

Жители вышли на улицы и увидели идущую с востока тьму.

Это летела ее мать…

Взмах ее крыльев был ужасен! Ветер, поднятый на земле за тысячу километров до приземления, снес целые города, проник в ад, и затушил пламя моих костров!!!

Она разорвала цепи на дымящемся теле дочери и стала выклевывать жителям города глаза – глаза, видевшие страдания ее девочки… Невыразимыми взмахами крыл она сносила дворцы и сметала улицы. Армия крестоносцев и войско тамплиеров были уничтожены ею за несколько минут! Когти обезумевшей матери разрывали тела всадников вместе с лошадьми, и бросали в пламя полыхающих улиц!

Видя неминуемую гибель подданных, Архистратиг был в замешательстве, потому что знал, что у него нет силы, способной уничтожить Феникс! Но ждать было нельзя, и, призвав на помощь все Святое Воинство, он обрушился на птицу с небес, в тот момент, когда она клала израненное тело дочери на свои крылья, чтобы задуть язвы ожогов и унести девочку в царство полнолуния…

Подобно рухнувшим с небес Андам, Святое Воинство вмяло крылья Феникс в землю на сотню метров! Архистратиг пригвоздил шею птицы к земле, и она выронила дочь из клюва…

…Эта битва по меркам древних богов длилась не дольше мига – каждый ангел вырвал из Феникс по одному перу, и Господь направил на обнаженное тело птицы все лучи Солнца, собрав их в единый пучок!..

…Феникс испепелилась за секунду до мгновения, превращающего жизнь в смерть! Но спустя это мгновение она воскресла из пепла вновь!..

Вместо перьев из ее кожи вылетели языки огнедышащей лавы, и часть бессмертных ангелов испарилась до того, как Архистратиг успел это заметить. Феникс превратилась в гигантскую доменную печь – вулкан, способный уничтожить мир…

Она взмыла в небо!

О, кто бы видел этот взлет!

Взмах ее крыльев был огнеподобен! Он затмил солнце, воспламенил угасшие фитили ада и взорвал вулканы!..

Небо над нею почернело, в тропосфере появилась гигантская брешь, и, космос – столько лет, ожидавший у врат космос – хлынул на землю водопадом вакуума, холода и безмолвия.

Но его мрак натолкнулся на гнев Феникс! Она воспарила над обожжённой землей и Архистратиг – предводитель Святого Воинства, этот юный бог – мальчик, пришедший на смену непобедимых титанов – выжил только потому, что сам Господь простлал над ним свою длань…

Феникс выжгла на этой длани язву безумия размером с Марианскую впадину, подхватила клювом дочь и вознеслась в небо, как не возносился сам Господь!…

И тогда я сломал врата ада!!! Я смел стражу и, вспоров рогами километры скал, которыми был завален выход – вырвался наружу!!!

…Кровавый шлейф в почерневшем небе, это все что я увидел – шлейф, тянущийся за горизонт…

Меня окружало безмолвие… Город лежал в руинах… Кругом была тишина…

И только женщина – мать, у которой я забрал в ту роковую ночь ее младенца – встретила меня посреди площади на коленях…

Протянув ко мне трясущиеся ладони, она исторгла вопль отчаяния:

— Ты жег ее невинную душу девятнадцать лет! Ты лишил дочь матери, матери дочь! Отдай мне ее – прошу тебя! – рыдала она, целуя мои копыта. – Разве ты не слышишь ее стон?..

И я услышал… я услышал стон, который столько лет оставался незамеченным мной в царстве стенаний и ужасов… Он шел из глубины земли… Из самого ее чрева… Он проникал во все уши. Он заставлял плакать воинов и умирать стариков…

…Это был стон ее малышки – девочки девятнадцать лет назад распятой мной на дыбе, и забытой в глубинах ада…

И тогда, я – Ангел древнейшего на земле зла – понял, что нет силы способной утешить эту мать, как нет силы способной вернуть меня в небеса, куда улетела Феникс, и унесла мою дочь…