АБХАЗИЯ: ПРЕДВЫБОРНЫЙ СТАРТ

АБХАЗИЯ: ПРЕДВЫБОРНЫЙ СТАРТ

Сергей МАРКЕДОНОВ — политолог

В Абхазии началась подготовка к главному политическому событию года — президентским выборам. 7 октября 2009 года республиканский парламент принял постановление, в соответствие с которым выборы главы этого частично признанного государства должны пройти 12 декабря 2009 года. Это парламентское решение базируется на статье 50 Основного закона Абхазии, а также конституционном законе «О выборах президента Республики Абхазия». В соответствие с процедурой, предусмотренной абхазским законодательством, регистрация инициативных групп по выдвижению кандидатов (а также самовыдвижение) началось 13 октября 2009 года. Этот этап избирательной кампании будет завершен 2 ноября нынешнего года. Далее предусмотрен следующий порядок. За 10 дней до даты голосования списки претендентов вывешиваются для всеобщего ознакомления, а за два дня до выборов в избирательные комиссии поступят бюллетени. Итоги народного волеизъявления должны быть оглашены в течение трех дней после выборов (то есть до 15 декабря).
Предстоящая избирательная кампания примечательна тем, что она станет первой после начала процесса признания независимости республики. До 2009 года в Абхазии прошли три избирательные кампании по выборам президента. Каждая из них соответствовала определенным этапам процесса этнополитического самоопределения республики.
В 1994 году Абхазия переходила от советской модели (когда главой государства был председатель Верховного Совета) к модели президентской. Путь обычный для постсоветских образований (признанных и существовавших де-факто). Тогда выборы были не всенародными, президента избрал парламент. После завершения военных действий у тогдашнего абхазского лидера Владислава Ардзинбы (вставшего во главе Верховного Совета республики еще во время ее нахождения в составе Грузии) не было реальной альтернативы, а потому его победа легко прогнозировалась.
Следующие выборы прошли через пять лет - 3 октября 1999 года. Они были первыми всенародными выборами главы государства, но проходили на безальтернативной основе. В качестве альтернативного кандидата пытался выдвинуться Яхья Казан, этнический абхаз, проживающий в США, но безуспешно. Его «свалили» на языковом факторе (отказали в регистрации из-за недостаточного владения абхазским языком). Единственным кандидатом снова был харизматический лидер Абхазии, возглавлявший ее в годы войны, Владислав Ардзинба (политик, которому даже его жесткие критики воздают должное за роль в создании постсоветской абхазской государственности). Десять лет назад Ардзинба набрал около 98% голосов избирателей. Тогда же в 1999 году абхазский Центризбирком сформировал позицию, которую впоследствии не раз будет отстаивать. Суть ее такова: «фактор беженцев» не может считаться препятствием для признания итогов выборов легитимными. Аргумент был следующим: число проголосовавших превышало 50% от численности избирателей, зафиксированных последней Всесоюзной переписью населения 1989 года. Одновременно с выборами президента в октябре 1999 года состоялся и конституционный референдум (по Основному закону, принятому парламентом в 1994 году). Результаты референдума были также вполне советскими (97,5% высказались за одобрение Конституции).
В октябре-декабре 2004 года Абхазия впервые выдержала испытание демократией, когда в выборах участвовали пять кандидатов, а два фаворита (один из которых, Рауль Хаджимба, был официальным преемником Ардзинбы и креатурой Кремля) вели жесткую борьбу. Владислав Ардзинба из-за резкого ухудшения состояния здоровья (нарушение мозгового кровообращения) был вынужден оставить большую политику. Однако, несмотря на все сложности, абхазской элите удалось найти компромиссы, не превратить демократический процесс в банальную склоку со всеми вытекающими последствиями, хотя в октябре-ноябре 2004 года ситуация неоднократно была «на грани». В ночь на 29 октября 2004 года сторонники Рауля Хаджимба пытались оказать давление на Верховный суд республики (заставляя его отменить решение о признании победителем Сергея Багапша), а 12 ноября 2004 года сторонники нынешнего президента Абхазии взяли под свой контроль комплекс административных зданий Абхазии (что сопровождалось нежелательными эксцессами). Но в итоге противоборствующие стороны достигли компромисса (Багапш и Хаджимба пошли на «второй тур» как одна команда, президент и вице-президент).
Но главное началось после выборов. Власть, пришедшая на смену Ардзинбе, боровшаяся с его официальным преемником Раулем Хаджимбой, не стала мелко мстить проигравшим, предоставила возможность для оппозиционной деятельности и СМИ, критикующих власть. Сегодня оппозиция имеет возможность открыто выражать свое несогласие с действиями властей, будь то экономические вопросы (проникновение российского крупного бизнеса, энергетика, развитие абхазской железной дороги) или вопросы политики (разработка законодательства о гражданстве, предоставление гражданских прав этническим грузинам — жителям Гальского района). Кстати говоря, тандем Багапш-Хаджимба (несмотря на его искусственность и наличие внутренних противоречий между этими политиками) просуществовал вплоть до нынешнего выборного года. Его распад в нынешнем году, а также активизация политической деятельности экс-вице-президента и экс-преемника выглядит вполне логичными событиями.
Предстоящие же выборы будут тестом на зрелость уже не де-факто, а частично признанного государства. Голосование в декабре 2009 года будет осуществляться только по паспортам гражданина Абхазии. По мнению Батала Кобахия (главы депутатской комиссии по подготовке предложений по корректировке избирательного законодательства республики), это позволит предотвратить массовые фальсификации. Но с нашей точки зрения, абхазский паспорт — это не только и не столько процедурный инструмент и страховка от фальсификации, сколько идентификационный фактор (абхазское гражданство, как фундамент для государственного строительства). В январе 2006 — октябре 2009 гг. в Абхазии выдано 141 245 национальных паспортов, включая и три с половиной тысячи паспортов в Гальском районе (населенным по преимуществу грузинским населением). Во многом паспортизация гальских грузин (мегрелов) является одним из ключевых вопросов внутриполитической повестки дня Абхазии. И это — не только спор об электоральном ресурсе (на что особенно напирает оппозиция, видя в бесконтрольной раздаче паспортов жителям проблемного района угрозу для выборных махинаций). Это — дискуссия о политической идентичности новой Абхазии, находящейся вне Грузии уже не только де-факто, но и частично де-юре (с точки зрения РФ). Насколько элита Абхазии готова к тому, чтобы не повторить ошибки грузинских националистов начала 1990-х гг., которые декларировали лозунги о «Грузии для грузин»? От ответа на этот вопрос во многом зависит успех (или провал) абхазского национально-государственного проекта.
В этом же «идентификационном» контексте следует рассматривать и такое законодательное нововведение, как обязательное требование к кандидату в президенты Абхазии открыть расчетный счет в кредитных организациях, зарегистрированных только на территории республики (а не, допустим, в соседнем Краснодарском крае).
В сегодняшней Абхазии только четыре политические партии обладают правом выдвижения кандидатов в президенты. Это местная «партия власти» «Единая Абхазия», которая уже зарегистрирована республиканским ЦИК 13 октября нынешнего года, и которая будет инициативной группой, штабом и политической силой нынешнего лидера республики Сергея Багапша. Помимо «Единой Абхазии» своих кандидатов могут выдвинуть оппозиционные силы — «Форум народного единства», Партия экономического развития Абхазии (ЭРА) и Народная партия Абхазии (НПА). Скорее всего, члены и активисты «Форума» поддержат Рауля Хаджимбу, ЭРА (созданная в сентябре 2007 года и уже зарегистрированная ЦИКом для участия в предстоящей кампании) — кандидатуру своего лидера, экс-депутата парламента и влиятельного бизнесмена Беслана Бутбу, а НПА (старейшая партия республики, основанная в марте 1992 года) Якуба Лакобу. Впрочем, у НПА и ЭРА есть опыт совместной деятельности (в конце января прошлого года партии подписали Соглашение о сотрудничестве) и нельзя исключен объединения их политических потенциалов.
После очевидных осенних успехов абхазской дипломатии на внешнем уровне (подписание двух юридически обязывающих документов по установлению дипотношений с Никарагуа и установление прямых, а не через посредничество России контактов со странами так называемой «Боливарианской альтернативы») элита этой республики готовится к главному испытанию года — президентским выборам. Эти выборы покажут, насколько государство, добивающееся все новых признаний, соответствует самому понятию государства. Пока в негласном соревновании с Грузией у Абхазии есть некий перевес. В Грузии еще ни один президент не покидал свой пост согласно духу и букве закона. Первый президент Звиад Гамсахурдиа в начале 1992 года был свергнут в результате военного переворота, второй президент Эдуард Шеварднадзе в 2003 году покинул свой пост после «революции роз». Третий президент Михаил Саакашвили уже почти два года пытается отстоять свою легитимность в непростом противостоянии с оппозицией, которая ее не признает.
Между тем, уже сегодня потенциальные кандидаты в президенты времени не теряют. И если Багапш демонстрирует в качестве козыря международное признание республики (пусть и частичное, и с многочисленными нюансами), то его оппоненты говорят об ошибках власти, поляризации общества и необходимости организации условий для настоящего волеизъявления народа.
Politcom.ru