ПРО ДИПЛОМАТА «ЛЕНИНСКОЙ ШКОЛЫ»

ПРО ДИПЛОМАТА «ЛЕНИНСКОЙ ШКОЛЫ»

Тимур БОЯРСКИЙ

Поводом для этой реплики послужила статья Семёна Кипермана «Дипломат ленинской школы», посвящённая очень сомнительной деятельности одного из бойцов ленинской гвардии Адольфа Абрамовича Иоффе. Если не знать, что все свои материалы С. Киперман пишет по инерции, которую он получил от своего коммунистического образования, то
можно подумать, что главный коммунистический идеолог Михаил Александрович Суслов незадолго до своей смерти направил его в командировку в Израиль и поставил задачу: что бы не случилось, пропагандировать бессмертные идеи марксизма-ленинизма. Впрочем, с заглавием его статьи можно согласиться, если сделать допущение, что ленинская школа — это умение разрушать и использовать любые обстоятельства для того, чтобы нанести вред России и её народу.
За что С. Киперман похвалил Адольфа Иоффе?
— За роль в революции 1905 года.
— За Брестский мир.
— За подписанное в Берлине соглашение в дополнение к Брестскому договору.
— За Российско-польский рижский договор.
— За мирные переговоры с Эстоний, Латвией и Литвой.
— За его роль в российско-китайских и российско-японских делах.
— За то, что поддерживал Троцкого, а не Сталина.
Роль Адольфа Абрамовича Иоффе в событиях 1905 года сводилась к тому, что он привозил из Петербурга, где Александр Парвус разместил штаб революции, в Севастополь и Одессу деньги для главных военно-морских революционеров.
Таким образом, Пётр Петрович Шмидт, видимо, не бесплатно поднял над своим революционным кораблём сигнал: «Командую флотом. Лейтенант Шмидт». Флот ответил артиллерийским огнем. Наивный Пётр Петрович, которого Иоффе подставил под удар, по приговору суда был расстрелян. С Иоффе ничего плохого не случилось.
История о том, как Иоффе помог бежать из России военному преступнику Фельдману — участнику событий на броненосце «Потёмкин», свидетельствует, главным образом, о двух вещах: что деньги у Иоффе водились и что Россия крайне небрежно относилась к проблемам государственной безопасности.
Подробно комментировать все отмеченные и неотмеченные заслуги Адольфа Иоффе – для этого не хватит площади одного номера газеты.
Поэтому ограничусь ссылками на общеизвестные факты и признанные современными историками выводы.
Брестский мир сам В.И Ленин считал позорным и похабным. Современные историки с этими оценками согласны, но они считают, что это было платой за немецкий кредит, выданный Ленину для финансирования октябрьской революции. А поскольку Иоффе можно считать архитектором брестского мира, то именно ему Россия обязана потерей тех территорий, которые стали после брестского мира контролироваться немецкими войсками. Хочу обратить внимание на то, что по большому счёту в ходе 1-й мировой войны немцы не смогли захватить значительных российских территорий, зато после брестского мира смогли. Да здравствует дипломат Иоффе! Но этого оказалось мало.
Через пять месяцев после брестского мира дипломат Адольф Иоффе в августе 1918 года подписал в Берлине секретный протокол к брестскому договору (опубликован в 1957 году). По этому договору Россия согласилась выплатить Германии контрибуцию в размере — 6 млрд. марок.
За что?
— «За финансирование». Не нужно задавать вопроса, что именно финансировал немецкий Генштаб. Показательно, что именно Иоффе возглавлял российскую делегацию, когда та в апреле 1918 года прибыла в Берлин, чтобы отчитаться перед представителем кредитора Александром Парвусом за деньги, потраченные в ходе революции.
— «За оказание военной помощи». Без подготовки непонятно. Речь идёт о тех немецких военнопленных, которых назвали интернационалистами, поставили под знамёна революции и которые выполнили все задачи, поставленные революцией. Одной из главных их заслуг было то, что, заняв оборону на Пулковских высотах, они отбили атаки войск генерала Краснова, который пытался захватить Петроград и спасти Россию.
— «За содержание армии». Тех самых немецких оккупационных войск, которые расползлись по России после брестского мира.
— «За арестованные немецкие депозиты». В суматохе реквизиций и национализаций депозиты немецких благодетелей, видимо, тоже были арестованы.
— «За конфискованные товары». Чекистам не разъяснили, что немецкие товары лучше не трогать.
— «За убытки частных лиц и собственности в результате сорванных контрактов, антинемецких погромов и прочих причин».
Платить за всё это Иоффе согласился золотом и кредитными обязательствами. Предполагалось четыре транша с интервалами в один месяц. Можете оценить проворность дипломата ленинской школы. Первый транш должен был состояться до 10 сентября 1918 года, и он состоялся. И второй состоялся. Только золота за два приёма было отвезено в Германию 93,5 тонны. Оставшаяся часть обязательств Иоффе не была выполнена по независящим от Иоффе причинам — Германия капитулировала перед западными союзниками. И Ленин немедленно денонсировал Брестский договор вместе с протоколом имени дипломата Иоффе. Но золото в Россию, разумеется, никогда не вернулось.
После этого дипломатического подвига было много других. Например, 2 февраля 1920 года А. Иоффе подписал договор с Эстонией, по которому Эстонии отошла полоса российской территории шириной 10—25 км. Торговля Россией продолжалась. Приведу всего один пункт из этого более, чем странного договора: «Статья 12. Независимо от соглашений, установленных в пункте 11: Россия выдаёт Эстонии 15 млн. руб. золотом. Эстония не несёт никакой ответственности по долговым и всяким иным обязательствам России».
Прочитав это, можно подумать, что Иоффе был эстонским дипломатом. Нет, он работал в наркомате иностранных дел России.
В результате ещё одной дипломатической миссии А. Иоффе провёл удивительную границу между Россией и Казахстаном, сделав столицей последнего Оренбург. Это означало, что к Казахстану отходили Алтай и значительная часть южной Сибири с преимущественно русским населением.
Ещё один дипломатический подвиг произошёл 16 января 1919 года в Минске, когда Иоффе отделил от Белоруссии и присоединил к России Витебскую, Смоленскую и Могилёвскую области, зато присоединил к Белоруссии Литву. Странно, но 3 февраля Всебелорусский съезд советов с этим согласился.
Адольф Иоффе не был реабилитирован, потому что не был осуждён.
В 1927 году он застрелился, потому что понял, как ошибся, когда сделал ставку на Троцкого. Именно Троцкому было адресовано его последнее письмо.
Самоубийство было исключительно своевременным, потому что речь Троцкого на похоронах Иоффе была последней, произнесённой им в Советском Союзе.
Адольф Абрамович Иоффе родился в Симферополе — в моём родном городе. Но в Симферополе не чтят его память, нет ни памятников, ни мраморных досок, ни улиц его имени. Зато в Симферополе живёт его племянник, сын младшего брата его отца. Его назвали в честь дяди — он Адольф Иосифович. Я был с ним знаком. В середине 90-х годов он работал заместителем председателя горисполокома, несколько ранее — начальником Крымэнерго. Очень толковый и порядочный человек. Не в дядю удался.