Главная / ПРОИЗВЕДЕНИЯ / Галина Феликсон | Поезда судьбы

Галина Феликсон | Поезда судьбы

*   *   *

За влажные ветки рассвет зацепился крылом.
Вороны заходятся в хриплом картавящем гвалте.
Дрожащая тень прилегла на холодном асфальте,
Пытаясь согреться под бледным слепым фонарём.

Ещё не раскрылись квадратные окон глаза.
В пустых переулках машины усталые дремлют.
Как медленно утро приходит на спящую Землю.
Но жизнью отдельной живёт многоликий вокзал.

Он сам по себе. Он спешит неизвестно куда.
В пространствах запутались чёрные щупальца рельсов.
Отторгнутым душам во времени некуда деться.
И с шумом летят в неизвестность Судьбы поезда.

Мы все убегаем из сердцем обжитой страны
На краткое время, на годы, а кто-то навечно.
Тоска по дорогам гнездится в душе человечьей,
По землям далёким, где мы никому не нужны.

Нас гложет мечта о мирах, где бывать не пришлось.
В погоне за счастьем забыли считать километры.
По стёклам размазаны лица, пейзажи и ветры.
Все звуки сливаются в цокот вагонных колёс.

Опять проплывают деревни, моря и леса.
Всё мимо и мимо – нигде не задержимся долго.
Никак не устанем скитаться без дела и толка,
Из окон вагонных взирая на все чудеса.

Ну, сколько ещё за собою разрушим мостов?
Куда доберёмся? Что сможем увидеть в итоге?
В какие края приведёт бесконечность дороги?
Когда обретём хоть на время утраченный кров?

Дорожная скука зевотой разинет нам рты.
Устанут глаза от мелькания ночи и света.
Вращается, падая прямо под поезд, планета.
А наши надежды, как листик бумажный, пусты.

В туманах иллюзий растаял покинутый дом.
Лишь память во сне нарисует дождливое лето.
Рассвета крыло зацепилось за мокрые ветки,
И тень приютилась под тусклым слепым фонарём.

*   *   *

Бесцветная площади простынь.
Ползёт одинокий трамвай.
Небес перемерзшая просинь
Сквозь тучи разорванный край.

Дымком сигаретным туманы
Над уличной вязью плывут.
Мне в этой безликости странной
Не встретить блаженный приют.

По рельсам кривым, как по линии,
Пробитой неряхой-судьбой
Бреду под свинцовыми ливнями
И мир фантастический свой

Рисую на мокрой поверхности
Растрёпанных тающих туч.
А времени узкая лестница,
Кружась меж провалов и круч,

Прогнулась над жизненной пропастью
Коротеньким шатким мостом,
Чтоб мне по обыденной плоскости
Скользить под холодным дождём.

*   *   *

«Одна дама на белом, на белом коне,
А другая на чёрном, на чёрном.»
Б. Окуджава

Ночью тень проникает в дом
В самый поздний и темный час –
Скорбный лик над глухим плащом
И бездонность печальных глаз.

Как на краешке бытия,
На постели сидит в ногах.
Может быть, это Смерть моя,
Может, просто полночный страх.

Но растает ночной кошмар.
И при яростном свете дня,
Как струящийся лёгкий пар,
Снова призрак зовёт меня.

Одеяние из цветов,
Шорох крыльев над головой.
Может, это – моя Любовь,
Может, просто полдневный зной.
Я влетаю то в тьму, то в свет
На качелях безумных снов.
И Любовь похожа на Смерть.
И похожа Смерть на Любовь.

Я стою на пути земном,
Как на тоненьком волоске.
Рассыпаясь сухим песком,
Жизнь скользит по моей щеке.

ИМЯ

Тишина, штиль на море – Галина.
Нежно ластится к скалам прибой.
Утопает в холодных глубинах
Поглощённый бездонной пучиной
Лунных бликов узор золотой.

Так чего мне всегда не хватает?
Липнет к сердцу удушливый страх.
Чёрных лебедей лёгкая стая
Зыбким облаком медленно тает
В серебристых Судьбы зеркалах.

Тишина – передышки минута,
Краткий отдых, мгновенный покой.
Снова волны вздымаются круто
Ледяной темно-синею мутью
Над озябшей под ливнем землёй.

И пресытясь навязанной ролью,
Брызги падают в мокрый песок,
Льются в душу пронзительной болью,
Осыпаясь прогорклою солью
На полоски рифмованных строк.

*   *   *

На счастье пятак подбрось –
Пускай упадёт, звеня.
Не слишком ли долго врозь?
Не трудно ли без меня?

Монета волчком кружит –
Не решка и не орёл.
Тропинкой длиною в жизнь
Ты в поисках счастья брёл.
На ощупь блуждал во тьме,
Сражался с судьбой, как мог.
Но снова привёл ко мне
Кривой серпантин дорог.

Монета слегка дрожит
На тоненьком ободке.
А счастье твоё лежит
Щеглом на моей руке.

Я душу могу спалить
В лучах твоего огня,
Чтоб в тысячный раз спросить:
– Не трудно ли без меня?