«АНАТОМИЯ ПРОТЕСТА» — ИСТОРИЯ ПОДТЕКСТА

«АНАТОМИЯ ПРОТЕСТА» — ИСТОРИЯ ПОДТЕКСТА

Дмитрий КАРАСЕВ


В Советские времена, когда все неофициальное было де-факто запрещено, наши талантливые соотечественники успешно состязались в иносказательности. А то, что рьяно порицалось государственной пропагандой, воспринималось продвинутыми гражданами «на ура». Опыт современной России показывает, что история развивается циклично и не всегда по восходящей. А тут еще «фильм» про «Анатомию протеста»…

Стоило известному «документалисту» Мамонтову на НТВ «засветиться» свежими «анатомическими изысканиями», выставляющими «системную» оппозицию в неприглядном виде, как «оргвыводы» власти не замедлили себя долго ждать. Не то чтобы народ у нас обожал Алексея Навального или Ксюшу Собчак, но скорость, с которой после попадания лидеров недавних московских митингов в Координационный совет оппозиции (КСО) силовые органы «раскопали» на них компромат, не может не наводить на мысль о «заказе».

Так, Следственный комитет (СК) мгновенно «нарыл», что Навальный стал адвокатом «незаконно», а бывшая «светская львица» и по совместительству дочь «пламенного борца» за «наше дело» Анатолия Собчака Ксения оклеветала уважаемых питерских чиновников в своем микроблоге. Арестован помощник депутата ГД от «Справедливой России» Леонид Развозжаев. Якобы он в припадке раскаяния не только явился в «органы» с повинной, но и сдал как организаторов уличных московских беспорядков лидера «Левого фронта» Сергея Удальцова и его помощника Константина Лебедева. Как кстати попутно выяснилось, деньги на эти безобразия дал… председатель Парламентского комитета Грузии по обороне и безопасности Гиви Таргамадзе (чуть позже сам Развозжаев в здании Басманного суда заявил, что его похитили на Украине и два дня пытали). Также быстро «по сигналу» автора «сериала» «Анатомия оппозиции» в челябинском офисе выборного комитета КСО нашли литературу запрещенной исламистской организации «Хизб ут-Тахрир». Таким образом, все, кто не с властью, тот «враг народа». Хотя не отличающийся аффилированностью с властью Константин Боровой утверждает, что современная Грузия может «спонсировать» российских оппозиционеров разве что «бутылочкой» вина, это вызывает определенные ассоциации с политикой рябого (и что интересно, тоже грузинской национальности) лидера СССР.

По нестранному стечению обстоятельств, приблизительно в это же время обозреватель «Первого» Антон Верницкий в своем «расследовании» постарался «слить» воедино все мнения о том, почему оппозиция — это плохо. Но оскандалился, процитировав слова писателя Евгения Гришковца: «Нет никакой оппозиции. Есть набор фриков. Я вижу набор довольно энергичных и не очень умных людей. Они настолько мелкие, что ощущение просто, что они находятся на госокладе… Как будто их проинструктировали, отобрали и даже был кастинг». Как пояснил возмущенный автор слов, они были вырваны из контекста интервью для екатеринбургского Интернет-портала по поводу состояния… культуры.

Наверное, потому что враги народа в СССР всегда ассоциировались с агентами иностранных разведок, Госдума РФ скоренько приняла непопулярные поправки в Уголовный кодекс, где шпионажем признается сбор и передача сведений любой международной организации.

Если бы наши государственные органы столь же эффективно боролись с криминалом, граждане были бы защищены, как в Скандинавии. Но это не про нас. По данным расширенной рабочей группы при МВД РФ, озвученным на круглом столе «Российская полиция: вчера, сегодня, завтра», результативность поиска пропавших без вести за последние 10 лет снизилась на 11%. В полиции часто отказываются регистрировать заявления об исчезновении граждан либо «списывают их в номенклатурные дела без проведения доследственных проверок». Не раскрыто почти 100 тыс. убийств, 200 тыс. случаев нанесения тяжкого вреда здоровью и 20 тыс. изнасилований, по которым еще не истек срок давности. Как сообщил Кирилл Титаев из Института проблем правоприменения, жертвами нашего правоохранительного «молоха» становятся «самые слабые подозреваемые и потерпевшие», люмпены и социально незащищенные граждане. При этом в полиции на одного начальника приходится 2 работника, в СК — 1,2, а в районных УВД проводится в среднем 78 (!) совещаний в месяц. Моя полиция меня бережет?

Надо ли после этого удивляться, что несменяемость и «контрпродуктивность» элит вызывает у большинства российского населения стойкую идиосинкразию. Много шума в Рунете наделала публикация результатов исследования Центра стратегических разработок, сделанного по заказу Комитета гражданских инициатив Алексея Кудрина. Оно проводилось среди граждан разных возрастных и социальных групп в крупнейших городах нашей страны с целью узнать, как они представляют сценарий возможной революции в России.

Опрос зафиксировал падение доверия общества к институтам власти вообще и президенту РФ в частности. Единодушно негативное восприятие вызывает пиар президента (достаточно вспомнить обсуждения в блогах и на форумах приснопамятного «полета на «стерхах»). О былых заслугах ВВП, в отличие от опроса, проведенного весной 2012 года, никто не вспоминает. Зато респонденты негативно воспринимают такие направленные на ослабление оппозиции законодательные «инициативы» как ужесточение правил проведения митингов, законы о клевете и деятельности некоммерческих организаций. 88% из них уверены, что власть не работает в интересах народа. И никто не поддерживает характеристику «Власть хорошо знает, что делать дальше». Она чаще сравнивается согражданами с «кабаном, которому все мало», а народ с «собакой, которая служит за еду с барского стола».

Как оказалось, большинство опрошенных не верит в бескровную смену элит и допускает вероятность революции, если власть откажется от добровольного обновления. По их мнению, наиболее вероятный сценарий развития событий — «Массовое гражданское неповиновение по мере нарастания экономических и социальных проблем, а также по мере обновления поколений». Тогда как его альтернативой является «Вымирание нации под действием утраты трудовых навыков, депрессии и алкоголизации». Как следствие, по прогнозам ЦСР, к середине срока действующего президента РФ придется проводить досрочные парламентские выборы, а к его концу рейтинг президента упадет до 10%.

Хотя, как считают в МВФ, российский бизнес-климат сделал за последний год в рейтинге Doing Business скачок со 120 на 112 место, экономические перспективы РФ не блестящи. Во-первых, на преодоление последствий кризиса мировой экономикой уйдет около 10 лет. Во-вторых, капитал продолжает из страны утекать. По данным российских консультантов, спрос на оффшоры со стороны российского бизнеса за последние полгода вырос в 2,5 раза. Теперь к ним чаще обращается средний бизнес из таких секторов как В2В и IT, раньше грешивший «схемами» с фирмами-однодневками.

В-третьих, не за горами бюджетные проблемы. Добыча нефти в РФ не растет и доля нефтегазового сектора в ВВП будет сокращаться с 18,4% в 2010 г. до 9,7% в 2030 году. Российских экспортеров углеводородов теснят международные конкуренты. В США активно наращивают добычу сланцевых газа и нефти, увеличиваются поставки из Ирака и стран Персидского залива. Экономики Индии и Китая продолжат расти. Доля России в мировой экономике в лучшем случае останется на прежнем низком уровне (2,6%). Все это означает, что дефицит бюджета будет возрастать. Что, скорее всего, будет решаться за счет сокращения социальных программ и повышения налогового «пресса» на население.

При этом международные резервы России растут вместе с внешними заимствованиями. Если государство предпочитает размещать депозиты за рубежом под мизерный процент и там же привлекать средства под процент высокий, это не случай разумной хозяйственной практики… Кто после этого настоящий иностранный шпион?

И последнее. То, что современный капитализм, как говорят англосаксы, «не кровать из роз», полагают не только россияне. Граждане бывших социалистических стран, столкнувшись с экономическими и социальными проблемами капитализма, лживостью и коррумпированностью политиков, тоже испытывают разочарование от демократии. Как написал житель современной Чехии, «это система постоянного демонтажа социального государства, постепенной приватизации общественных функций государства и фактического упадка того демократического правового порядка, который столь долго и непросто создавался в Европе». Не правда ли, знакомо?